Зоя Ивановна Егорова

<< Современные писатели


СЛАВА БОГУ ЗА ВСЁ… Непридуманные рассказы-размышления

ВОСПОМИНАНИЯ «Прекрасна земля и на ней человек»


Реклама

2 комментария (+add yours?)

  1. Миша
    Янв 17, 2016 @ 12:50:46

    мне очень нравится!

    Нравится

    Ответить

  2. rootmasterdev
    Апр 01, 2016 @ 11:21:41

    Уважаемая Зоя Ивановна! Очень рад, что вы решились написать ещё одну книгу, желаю вам творческого вдохновения и надеюсь, что новая книга будет такой же интересной и познавательной, как и предыдущая. Теперь немного о себе: В своей книге вы вспомнили о духовом оркестре, в котором я играл на Баритоне. Заслуга в создании оркестра всецело принадлежащая учителю труда Виктору Васильевичу Васильеву. Бывший военный оркестрант (басист) в течение 50-х годов воспитал несколько оркестров при средней школе, причём, абсолютно на общественных началах. Работа в школе (по столярному делу) была для заработка, а жил он музыкой. Уже после моего окончания школы, Виктор Васильевич ушёл в военный оркестр в Пскове. Такой человек не мог не привить любовь к музыке и все ребята с удовольствием играли на школьных вечерах, доме культуры.
    Репертуар оркестра был незатейливым, но обширным. Играли вальсы, танго, фокстроты, бальные танцы (тогда их ещё танцевали), марши.
    Ни одно заметное мероприятие не обходилось без оркестра. В момент вашего и Михаила Ивановича приезда в Дедовичи, был последний выпуск духовиков. Лет через десять я побывал в Дедовичах (уже в новом Доме Культуры), оркестра не было. Вот так, один человек может поднять такой пласт культуры. После школы (мне исполнилось только 16 лет), попытался поступить в медицинский институт, но с треском провалился. Сказались огрехи в образовании, особенно в орфографии, в которой я не силён и поныне. Пришлось поработать кочегаром в общежитии института, что пошло на пользу и захотелось учиться.
    С 1962 года я студент Ленинградского педиатрического медицинского института. Если говорить об учёбе, то учился легко, так как спасала хорошая память и за шесть лет, ниже хорошо оценок не было, а больше отлично.
    Помощи от родителей практически не было и приходилось работать в той же кочегарке, того же общежития. Ко всему прочему занялся спортом и добился неплохих успехов в лыжах, а также лёгкой атлетике.
    Сейчас, по прошествии многих лет, не верится, что это могло быть, как на всё хватало времени?
    Уважаемая Зоя Ивановна, молодой человек был не без снобизма, но постепенно начал понимать, знает очень мало. Поэзии практически не знал, кое-что из школьного курса – Пушкин, Лермонтов, Некрасов и то только по программе.
    Читал много, но разве что Купера, Майн Рида, Александра Дюма, Даниэля Дефо и тому подобное.
    О живописи имел вообще дремучее представление и знал то, что печатали в учебниках и на этикетках конфет – «Утро в сосновом лесу» Шишкина, «Бурлаки на Волге» Репина, да «Дети бегущие от грозы» Маковского.
    Однажды в школе, нашему оркестру выдали денег на поездку в Ленинград (по линии отдела культуры). Наняли автобус, ну и конечно, в Эрмитаж. Долго ходили по залам, смотрели тупо на картины, в которых ничего не понимали, наконец, дошли до воскового Петра I и затем до рыцарского зала – вот это был восторг. Но наибольший восторг был, когда встретили живого негра, ведь могли такое видеть только в газетах, да иллюстрациях к Жюлю Верну.
    Меня тогда очень поразило, что негр почему-то без цепей и погонщика, иных иллюстраций в наших газетах я не видел.
    Нам бы в зоопарк, а нас в Эрмитаж.
    ***
    Встречаясь в институте с интеллигентными людьми, образованными, с чувством юмора, начал сам интересоваться поэзией, литературой (серьёзной), много читать и благодаря хорошей памяти, совершенно не утруждая себя, знал много стихов очень многих поэтов. Не перестаю с удовольствием перечитывать и сейчас Пушкина, Лермонтова, Баратынского, Тютчева, Фета, Блока, Есенина, Шекспира, Беранже, Бёрнса и многих других поэтов, да и прозаиков тоже.
    ***
    Один, два раза в месяц в общежитие приходил полиглот, приятный человек с большим портфелем полным театральных билетов и предлагал их студентам. Билеты, как правило, были дешёвыми, студентам по карману. Благодаря этому человеку, многие пристрастились к театру и я в их числе. За годы института удалось побывать на гастрольных спектаклях с участием Евгения Урбанского (в кино «Коммунист», «Чистое небо»), Петра Глебова (в кино «Тихий Дон»), непревзойдённого в роли А.С. Пушкина – Всеволода Якут, Калягина, Онуфриева и многих других. Но, конечно же, чаще бывал в Ленинградских театрах, где тогда блистали в Пушкинском, ныне Александрийском театре – Николай Константинович Симонов («Пётр I») . Василий Васильевич Меркурьев, Игорь Горбачёв в Товстоноговском (тогда Горьковском) театре играли: Сергей Юрский, Кирилл Лавров, Евгений Лебедев, Олег Басилашвили, да разве всех назовёшь…
    Прекрасные спектакли: «Карьера Артура Уи», «Первый день свободы», «Лиса и виноград», «Сирано Де Бержерак» с Олегом Стриженовым, «Жизнь Сент-Экзюпери», где ещё можно встретить такое?
    Спектакль, особенно в исполнении великих артистов, даже гениальных, заставляет переживать, учит чему-то доброму, вечному и необыкновенно чистому, светлому. Недаром театр иногда называют – «храм искусств». Однако могу сказать, что мне необыкновенно посчастливилось бывать в этих храмах, а храм – это всегда что-то небесное.
    Уважаемая Зоя Ивановна! Пишу откровенно, хотя театр, музыка, музеи, спорт, работа и учёба в институте были, как в каком-то калейдоскопе. Времени было мало, но почему-то на всё хватало.
    ***
    О музыке: Ещё до поступления в институт, я начал играть в духовом оркестре института. Ребята играли хорошо, но, слава Богу, репертуар был таким же, как и в Дедовичах. Руководил оркестром военный дирижер, майор, подрабатывающий на жизнь (втихаря) из-за множественных алиментов. Музыкант был изумительный. Любую мелодию в течение нескольких минут, мог расписать по нотам на весь оркестр. Как-то он дал билет на концерт в гарнизонный дом офицеров, где духовой оркестр играл Вагнера (но не Рихарда), это был настоящий фейерверк, такого духового оркестра не слышал никогда более. Конечно, это был не мой уровень, хотя в провинции был на высоте (к сожалению, не очень-то далеко от земли). Не хочу принижать мой дорогой Дедовический оркестр, всё-таки мы многое хорошее делали людей.
    Зоя Ивановна! Эта глава не имеет отношения к дальнейшему рассказу. Так, экскурс…
    ***
    Не я один стал театралом и в дальнейшем меломаном, многие интересовались театром, музыкой, живописью и уже не помню, кто-то подсказал послушать Галину Алексеевну Кареву – исполнительницу романсов. После первого концерта, я стал постоянным слушателем и поклонником её таланта. Такой проникновенности в романсе не видел никогда. Слушатели плакали, когда она пела романс на слова Пьера Беранже – «Трое гнедых», «Нищая», Фомина «Только раз бывает в жизни вечер», да и многие другие. Залы были всегда полны. Не знаю, сколько раз я там был на её концертах, но в нашей учебной группе меня так и называли «Карьевист». К сожалению, было мало съёмок, изданий пластинок, хотя лучшей исполнительницы романсов не было. В Галине Алексеевне было всё: прекрасный голос (меццо-сопрано), красота и необыкновенное проникновение в суть романса. Когда сейчас я слушаю современных исполнителей, то с грустью замечаю, что, вроде бы, голос есть, а тех мук, переживаний, чувств, нервного трепета – нет, только голая техника романс был русским открытием, считаю не только я, национальным достоянием, как и неаполитанская песня, тирольский йодль и много других. Но надо отдать должное, что петь петь-то так начали цыгане, отсюда и название «Ромэ», романс.
    ***
    Теперь о Борисе Тимофеевиче Штоколове – великом русском басе. Известен он тем, что на лётчиков попал в консерваторию в Свердловске, после посещения лётной части Георгия Константиновича Жукова. Много сказано об этом, но мне интересно то, что я видел и слышал на концертах Б.Т. Штоколова. Залы, как всегда, были полные. Как правило, начинал он Лермонтова «Выхожу один я на дорогу», «Письмо матери» С. А. Есенина, а затем «Элегия» Массне, «Старый Капрал» Беранже, «Глядя на луч пурпурного заката», много других романсов, последний романс, как всегда был «Гори, гори, моя звезда». Многих басов слушал я воочию – Ведерникова, Петрова ( Крюгеры), по телевидению Нестеренко, но на мой взгляд, да и не только мой, Шаляпин, Штоколов, да ещё болгарский бас Николай Гяуров – лучшее в мировой истории.
    Да ладно, голос, нужно же ещё спеть так, чтобы слушателя. Борис Тимофеевич пел Есенинскую «Ты жива моя старушка» так, что почти у всех на глазах были слёзы. Из его репертуара:
    «О, если б мог выразить в звуке
    Всю силу страданий моих,
    В душе твоей стихли бы муки,
    И ропот сомненья затих…»
    Как же это великолепно, прекрасно и неповторимо.
    ***
    Последние годы в институте неоднократно бывал в филармонии на концертах оркестра под управлением Евгения Александровича Мравинского, сольных концертов, как скрипача Павла Борисовича Когана, пианистов Святослава Теофиловича Рихтера, прекрасного чилийского исполнителя Даниэля Аррау, Рудольфа Керера (снимался в фильме про Ленина, где играл Бетховенскую «Апоссионату»). Не буду перечислять всех, а только фрагментарно: Ойстрах, Нейгауз, Могилевский.
    Громадное впечатление произвёл на меня концерт парижского симфонического оркестра (дирижёр Серж Боде), играли Дебюсси (симфоническая поэма «Море»).
    Стоимость билетов была копеечная, любой студент за 1 рубль мог посетить любой спектакль (сегодня вряд ли).
    А уж в художественном музее по студенческому билету, почти бесплатно, чем я многократно пользовался. Русский музей знал почти наизусть, несколько хуже Эрмитаж. К слову сказать, в Русском музее есть икона из Островского Никольского собора «Сошествие во ад с избранными святыми» (Это так, к слову).
    Уважаемая Зоя Ивановна! Всё то, что было написано до этой строки, может быть и не очень интересно, но важно для меня, как из «дремучего» дедовического мальчишки за годы института я стал более или менее образованным молодым человеком и не только по специальности.
    После окончания института, получил распределение на работу в детский туб. Санаторий « Гороховое озеро» (1968 год)
    Материальная база санатория, мягко говоря, была очень слабой: полубарачные здания, довольно ветхие, печное отопление, но для детей было хорошее питание и хорошее лечение, чему немало способствовал Я, проработав в нём девять лет. Как позднее мне стало известно, главный корпус ранее располагался в сельце Сухопальцево, около нынешней деревни Заньково. Принадлежало сельцо Екатерине Исаковне Миландер (урожденной Ганнибал), двоюродной сестре Надежде Осиповной Пушкиной (матери А.С. Пушкина). Надежда Осиповна неоднократно бывала в гостях у сестры, наверное, бывал и Александр Сергеевич.
    В 20-х годах прошлого века, флигель из сельца перевезли на Гороховое озеро, остальные строения бесследно исчезли. Сначала в здании была школа трактористов, в 30-х годах учреждение типа санатория для ослабленных детей, а с 1944 года туб. Санаторий.
    Убогость строений, ветхость, конечно же скрашивал сосновый лес, озеро, но за лечебную работу санаторий почти всегда, признавался лучшим в области, чем я могу (без лишней скромности) гордиться.
    Зоя Ивановна! Простите за отступления, пишу для Вас, как на исповеди. В 24 года, закончив институт, я был достаточно наивным, оторванным от реальной жизни, считал, что если что-то мне интересно, то интересно и всем. В студенческой среде много было таких же любителей искусства и более интересных, знающих многое глубже меня, может быть не обширнее. Попав в реальную, бытовую среду, пришлось многое переосмыслить, но, к счастью, найти себе друзей и единомышленников.
    В первую очередь – это моя жена Нина Михайловна, которая живо интересовалась литературой, музыкой, историей, живописью и во всём меня поддерживала.
    Познакомился и подружился с Виктором Николаевичем Ивановым, бывшим тогда вторым секретарём райкома комсомола. Витя прекрасно знал литературу, поэзию, историю, хорошо в них разбирался, имел своё мнение, не всегда совпадающее с моим, да и общепринятым. Одним словом, мне было интересно с ним, надеюсь взаимно.
    Многие часы с удовольствием, да и с пользой для себя, проводили время в спорах, беседах. Как-то, само по себе пришли к мнению, а почему бы не создать в городе клуб, в котором можно провести время с приятными собеседниками, да и привлечь людей интересующихся, знающими то, что не знают другие.
    Может быть, всё это осталось бы только в разговорах, но Виктор Николаевич был человек дела, схватился за идею и стал переводить её в практическое русло.
    Не знаю, с кем согласовывал, с кем советовался, кого привлекал, кого завлекал идеей создания клуба, но было решено, что клуб создавать можно и нужно (конечно, обо всём этом лучше рассказал бы Виктор Николаевич Иванов).
    Могу сказать только, что я был идейным вдохновителем создания клуба, а Виктор, непосредственно создателем.
    Заведующая библиотекой (директор) Зоя Ивановна Егорова любезно согласилась взять клуб под своё крыло и в 1970 году в декабре состоялась первое заседание.
    ***
    Немного о В.Н. Иванове. Необыкновенно живой, подвижный, обаятельный, он был «душой» комсомольской организации района. Со всеми вопросами молодёжь обращалась именно к нему. Тактичный, рассудительный, он привлекал к себе людей. Всем было с ним легко и как-то душевно, тепло. До сих пор я жалею, что его не рекомендовали на первого секретаря, ибо он был наиболее уважаемым среди молодёжи района. Это я могу свидетельствовать со слов наиболее активных комсомольцев. А может быть, скорее, это и к лучшему. Витя нашёл себя в журналистике.
    ***
    День открытия клуба был посвящён 75-ти летию со дня рождения С.А. Есенина. Пришло не так уж и много, но очень интересные, интеллигентные люди, оставшиеся преданными клубу до нынешних дней (45 лет).
    Возник вопрос: как назвать клуб? Выбрать президента клуба, да и некоторые другие…
    Вернусь обратно к своему другу. Виктору Николаевичу Иванову, у него уже всё было продумано, за исключением названия, девиза. Название клуба предложил Николай Ефимович Ефимов – председатель городского исполкома – «Лира». Были и другие предложения, но решили «Лира» — символ искусства. Девиз клуба предложил Я. Цитатой из А. А. Блока – «Отбрось случайные черты, и ты увидишь – мир прекрасен!», что было приятно. Без обсуждений, единогласно. Витя предложил должность (гениальная мысль!) ангела — хранителя для клуба, на которую была утверждена Зоя Ивановна Егорова. Президентом клуба был избран Владимир Леонидович Александров, то есть я. Конечно, мне было лестно моё избрание от людей умных, интеллигентных, да и просто справедливых и добрых. Утвердили устав, взносы, всё это заняло немного времени и первое заседание перешло к поэзии С.А. Есенина.
    Читали стихи, очень многие их знали, не смотря на то, что С.А. Есенин начал издаваться в начале шестидесятых годов, ранее это было упадническое искусство, не вело к великим целям и вообще, он не советский поэт. Скажу одно, что не у всех первых членов клуба, ни у кого не возникла и мысль, что С.А. Есенин не великий, гениальный поэт.
    Конечно были разногласия, особенно у женщин, а почему он был таким непостоянным, почему бросил семью, но про каких поэтов я потом не говорил, вопрос всегда стоял о мужской и женской верности, хотя стихами поэтов зачитывались (увы, такова женская логика: ежели написано прекрасное стихотворение, то всегда будет вопрос: а кому оно посвящено? (не дай Бог не жене).
    Замечательный человек – Николай Ефимович Ефимов не мог понять, почему С.А. Есенин не принял на ура советскую власть, не принял партии на коллективизацию, но стихи Есенина любил. Помню, что с первого заседания, все ушли с просветлёнными лицами и желанием продолжить работу клуба.
    ***
    Для женщин (моё – 1966 г)
    Здравствуй милая, далёкая, родная!
    Я тебе пишу не в первый раз,
    Не закончив письма обрываю,
    И быть может оборву сейчас.
    Хоть ты и далеко- далёко,
    Но всё же ты в сердце моём,
    И в жизни, пути нелёгком, пройдём мы с тобою вдвоём.
    На этом пути счастливом,
    Светило бы солнце, луна,
    А звёзды?- Пусть будут и звёзды,
    Прибавится только одна.
    Наверное, ты догадалась,
    Что звёздочка – это ты.
    Что же ещё осталось?
    Ах да, ещё будут цветы.
    Ландыши, розы, фиалки,
    Душистый лесной горноцвет,
    И первый цветок из под снега –
    Подснежник – апреля привет.
    Всё это, если бы можно
    Всё-всё подарил бы тебе,
    Но всё же цветов не хватило
    На нашей огромной земле.
    За свою жизнь я несколько раз читал это стихотворение, всегда был вопрос: Кому? Стихотворение слабое, но чувств много, даже излишне.
    ***
    Вернусь к Николаю Ефимовичу, председателю Горисполкома и просто человеку, много раз на наших встречах в клубе, он рассказывал об Островских Молодогвардейцах, причём детализировал все действия, знал о каждом в мельчайших деталях, одним словом, исследовал мельчайшие подробности, о которых мало кто знал.
    Жаль, если он не оставил никаких сведений о своих изысканиях, ничего не написал, а материалов было много.
    ***
    Каждое заседание клуба было по-своему интересное, но мне особенно запомнилось помещение клуба писателя, поэта, партизана Ивана Васильевича Виноградова – летописца II партизанской бригады и Александра Георгиевича Поруценко, командира легендарного обоза в блокадный Ленинград.
    Запомнилось потому, что многих людей, о которых они рассказывали, видел и знал в Дедовичах. Рядом со школой жил отец Юрия Иванова – Михаил Васильевич, работавший заведующим района (раненый Юра был выдан предателям и казнен в Дедовичах). Недалеко от школы и церкви, жили родители героя Советского Союза Михаила Семёновича Харченко. В школе, библиотекарем работала вдова Владимира Петровича Бундзена. Владимир Петрович был командиром одного из партизанских отрядов, погиб в феврале 1942 года и отряд носил его имя. Некоторое время немецкий язык преподавала дочь Генриетта Владимировна, ставшая потом первым секретарём обкома комсомола, а затем третьим секретарём обкома партии.
    В соседнем классе учился Вова Засорин, сын Семёна Ивановича, партизана чудом выжившего после ранения, буквально израненный пулями, его мама – Лосева Антонина Ильинична – руководитель комсомольской организации бригады и многие другие.
    Иван Васильевич Виноградов рассказывал много о встречах с другими писателями, поэтами, был очень прост, доброжелателен, общителен и, видя живой интерес к его творчеству, был раскрепощён и, по-моему, доволен встречей. Конечно, незабвенны его стихи, гимн партизанской бригады: «Скорей умрём, чем встанем на колени, но победим скорее, чем умрём!»
    ***
    Одно из заседаний клуба было посвящено знакомству с творчеством наших местных художников. Пришли на встречу Николай Андреевич Андреев, Виктор Спиридонович Литвинов и Борис Васильевич Мудавлев. Борис Васильевич картин не представил, хотя был очень интересным, наивным художником – примитивистом, работающим в народно — лубочном стиле. Николай Андреевич Андреев – наиболее известный в то время из Островских художников. Работал в основном в академическом стиле XIX века с точной, детальной прорисовкой и чаще всего в портретном жанре, хотя не менее интересен был в пейзажном и бытовом. В конце 40-х и 50-х годах прошлого века возникла потребность в оформлении картинами дворцов культуры, домов офицеров, художественных галерей, ввиду потерь художественных ценностей во время войны. Были приобретены картины Николая Андреевича в художественный фонд Российской Федерации, которые где-то украшают и радуют глаз любителей живописи.
    Имя Николая Андреевича было внесено в опубликованный каталог «Триста Российских художников» в котором он (по алфавиту) стоял сразу после Ивана Константиновича Айвазовского.
    К моменту нашего заседания он писал очень редко, хотя, работая в кинотеатре штатным художником, оформлял такие прекрасные афиши, которые были сами по себе художественными произведениями. У меня дома сохранилась картина «Аллея в лесу» Николая Андреевича. Изумительная по красоте, написанная в совершенно не свойственной ему импрессионистском стиле. Одним словом, человек был очень талантлив и жаль, что в нашем музее его картин нет.
    Как говорил Пушкин: «Мы ленивы и не любопытны»
    ***
    Виктор Спиридонович Литвинов при первой же встрече, поразил меня своими картинами, проникновением в природу, лиричностью пейзажей и необыкновенно богатым колоритом.
    Каким-то теплом, светлым духом, гармонией веяло от его пейзажей. Могу сказать одно, что такие картины я видел только в лучших музеях. На одну из картин, прекрасный этюд изображавший пруд и горбатый мостик в Михайловском, и на мостике воздушная тень молодой женщины, я не удержался и нашёл стихотворение.
    «Vita brevis ars longa»
    (жизнь коротка, искусство вечно)
    Зелёный пруд, горбатый мостик,
    Напоминают иногда:
    Мы в этом мире – только гости,
    А вот искусство навсегда!
    «Минувшая тень» на мостик всходит
    И в пруд задумчиво глядит,
    Быть может это Керн- введенье,
    На встречу с Пушкиным спешит.
    Есть чудо – чудные мгновенья.
    Наверное, в любой судьбе…
    Зелёный пруд, горбатый мостик,
    Пускай напомнят их тебе.
    ***
    Виктор Спиридонович работал на заводе «Вектор» в должности инженера по промышленной эстетике, как теперь называется – дизайнером. Но это только на бумаге, а в основном приходилось оформлять бесчисленные профсоюзные, комсомольские, партийные стенды, трудовые обязательства и тому подобное. К счастью, работал не один, а поэтому, периодически занимался и чисто творчеством. Почти во всех кабинетах, начиная от директорского и кончая начальником цехов, висели его картины, иногда копии других художников, в зависимости от увлечения начальника (охота, рыбалка, типа «охотник на привале» и д.р.).
    У некоторых начальников цехов кабинет был похож на вернисаж. Не писать Виктор не мог, а потому, раздаривал картины всем друзьям, знакомым. Однажды Лев Константинович Голиков (директор завода) привёл на какое-то совещание в Министерстве около двух десятков картин. Все были удивлены, что такой художник работает на заводе, мол, таким картинам место в Третьяковке. Приехал домой Лев Константинович уже без картин.
    В 90-е годы появились магазины – салоны, в которых можно было продать произведения и картины Виктора Спиридоновича были, буквально, нарасхват, покупали псковичи, туристы наши и зарубежные. В какой-то степени пришло признание публики, одна из передач Псковского телевидения была посвящена его творчеству. К сожалению, свободный, чисто творческий период продолжился не очень долго, т. к. резко упало зрение.
    Не так давно один господин, считающий себя художником, довольно резко отзывался о Викторе Спиридоновиче, мол, у него нет высшего образования, он продаёт картины и тому подобное, он не художник.
    Ну что можно об этом сказать? Да, у него нет высшего образования, но у него есть большой талант. Да, он продаёт, а на что он должен жить? Это его труд. Как писал А. С. Пушкин: «Не продаётся вдохновенье, но можно рукопись продать». А Господин, его фамилия Александров А.А., написал много картин, но они никому не нужны (к слову, именно Виктор Спиридонович, заставил заниматься графикой Валерия Беспалова (именно заставил), а далее Валера многое постиг у великого русского графика, моего друга, Васильева Валентина Михайловича. Валера, как известно, был трижды лауреатом премии журнала «Рабоче-крестьянский корреспондент»). Несколько лет, как президент клуба я активно участвовал в его работе, но основную работу делал премьер-министр и в её лице весь остальной кабинет министров, а именно Ангел — Хранитель клуба Зоя Ивановна Егорова, сохранившая клуб на протяжении 45 лет. С большим удовольствием вспоминаю клуб, уютную, почти семейную, обстановку в нём. С горечью и болью вспоминаю, что многих уже нет. Заканчиваю. Моё!
    Я прожил не хуже и не лучше. Жизнь моя с Россиею прошла, если ей бывало в чём-то хуже, то и хуже жизнь моя была. Хотя порой мне было и несладко, не скулил, не ныл и слёз не лил. Пусть живу не шатко и не валко, честно, Русь моя, тебе служил. Уважаемая Зоя Ивановна!
    Примите мои записи, может быть не очень складные, но искренние.
    Ваш Александров Владимир Леонидович, а попросту Володя. 2015 год

    Нравится

    Ответить

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Литературная карта Островского района

МБУК «Островская центральная районная библиотека» МО «Островский район»
181350 г. Остров Псковской области, ул. Спартака д.7
8 (81152) 3-25-89, 8 (81152) 3-42-85;
e-mail: sova88@ellink.ru
%d такие блоггеры, как: